Вообще-то, точное время моего прибытия на приём вчера оговорено не было. С утра? С утра и пришёл. Но её попытка поддеть даже порадовала. Значит, она заинтересована мною и первая начинает игру. Я хотел было в ответ как бы между делом намекнуть о том, что мне некогда ждать в очереди, в связи с предстоящей акколадой, но сдержался. Пусть останется на вечер в качестве сногсшибательного сюрприза. Думаю, моё неожиданное появление в светло-сером плаще жанта, да ещё и со знаком риттера на плече станет этакой «Барбароссой» в начинающейся между нами «войне». А то, что эта «война» неизбежна, сомнений не было — Лиона девушка с характером, знающая себе цену. Ну что ж, две войны одновременно — это даже интересней.
Чтобы не сорвать план молниеносного вечернего «удара», который позволит мне прочно закрепиться на плацдарме зарождающихся отношений, пришлось отстоять очередь. При этом я делал самый что ни на есть беззаботный вид, разглядывая находившихся на территории госпиталя. Как оказалось больных тут гораздо больше, чем собственно раненых во вчерашнем бою. Видимо всякая там дизентерия, несчастные случаи и прочая мелочь не оставляют это заведение без клиентов.
Наконец, стоявший передо мной один из таких «несчастных случаев»… ударился головой об оглоблю… ну понятно, в нашем мире в казармах обычно с кроватей падают, а тут об оглобли бьются… Так вот, этот пострадавший был спроважен, и я уселся на большую широкую скамью перед целительницей.
— Как ваше самочувствие, маг-легионер?
И снова серьёзное личико.
— Девушка, а вчера случайно меня не ваша сестра-двойняшка лечила? — проговорил я с самым серьёзным видом.
Уголки губ дёрнулись. Вернулись на место.
— У меня нет сестры-двойняшки.
— Тогда что насчёт сегодняшнего вечера?
— Я пока думаю.
— И когда ждать решу-у-у, горячо!
— Какой вы, однако, изнеженный, маг-легионер. Чуть больше энергии дала и сразу жалуетесь.
— Это была не жалоба, это было восхищение. Я хотел сказать — восхитительно горячо.
Рассмеялась, но вдруг резко посерьёзнела и проговорила с волнением.
— Приходите за час до заката. Я буду ждать возле вон той повозки.
Указала.
— Хорошо, — кивнул я. — Только всё-таки лучше вернуться к вчерашнему «на ты».
— Вечером и вернёмся, — Лиона закончила водить руками над шрамом и повернулась к очереди. — Следующий.
— Хм. Тогда до вечера, — проговорил я и бегом рванул обратно на стоянку. Внутри уже минут десять как жило стойкое ощущение — опаздываю.
Так оно и было. Лостад посмотрел на меня недовольно, прикрикнул: — Садись в брыку.
— А шлем?
— У меня, — подал голос Линк. — Прыгай сюда, давай.
Я взобрался в стоявшую у «ворот» повозку, следом за мною влез лег-аржант, и мы покатили к форту. Когда брыка выехала на дорогу, ведущую вдоль Кроми, я стал с интересом разглядывать находившийся за невидимой границей лес. С близкого расстояния он так же как и с далёкого ничем не отличался от обычного. Тогда мой взгляд стал пытаться высмотреть что-то меж деревьев и в самих деревьях, но и здесь ничего сверхъестественного не нашёл. Стволы такие же, торчат из такого же снега, заметил даже следы карбулка, уходящие вглубь Кроми.
— Ожидал чего-то большего? — с улыбочкой спросил Лостад, заметив как я пялюсь на лесную полосу.
— Честно говоря, ожидал, — сказал с разочарованием в голосе.
— Я тоже в первый раз, помню, ожидал, — заговорил Линк. — Думал деревья скрюченные будут, чёрные, и ветки на лапы чудовищ похожи, — он рассмеялся.
Мы миновали форт, слева замелькал частокол стены, потом кончился как-то резко, и брыка свернула вправо. Остановилась через секунд десять.
— Сперва в баню, парни, — стал объяснять Лостад. — Потом в часовне службу отстоите, а потом уже вас произведут в риттеры на площади, — он указал рукой мне за спину, — Там вон. Слезайте, давайте, чего сидите?
Мы с Линком выбрались из повозки, за нами лег-аржант. Пока ждали банщика — оказывается серьёзная должность, без него в баню никак — я разглядывал невысокий сруб с маленькими окошками, затянутыми пузырями. Из покатой крыши торчала широкая труба, а из неё само собой валил дым. Наконец банщик появился. Полноватый мужик с розовыми хомячьими щеками и довольным взглядом. Он сразу забасил, объясняя нам правила поведения в его вотчине. Ну надо же — пар не выпускать, воду лишнюю на камни не лить и так далее. Хрень несусветная, но говорил он её самым серьёзным тоном, даже Лостад не перебивал этот длинный список табу. Наконец, как прошедшие инструктаж пользования баней, мы были допущены в эту «sancta sanctorum».
На помывку ушёл почти час. Дважды в парилку, скобление скребками и ветошью, натирание щёлоком — как объяснил Лостад, это необходимое перед посвящением действо.
Розовые, как только что родившиеся поросята, мы наконец-то вырвались из этого ада в раздевальную комнату, где нас ждали абсолютно новые комплекты обмундирования. В районе желудка от вида их сладко засосало, сердце наполнилось гордостью. Представил, как буду в этом выглядеть, и приятные ощущения удесятерились.
Рубаха такая же, но только помимо креста на левом, на правом плече вышит меч остриём вверх, знак риттерства. Гарда прямая, значит, риттер из милости. У благородных она полумесяцем согнута в сторону клинка. Штаны обычные, серого цвета. А вот сюрко алое, но как оказалось позже — оно лишь на время акколады, потом заменят на стандартное белое, только с тем же риттерским символом на груди. Плащ серый, жантовский. Видел такие несколько раз в лагере. По окаёмке прошит серебряной нитью, внизу, как и у аржантов красная полоска сантиметров в пять шириной. А наши сапоги стояли у порога, чистые и густо смазанные жиром дролтов, отчего блестели, словно сталь на солнце.
Такими мы и вышли из мрачного банного помещения на свет божий, красивые и неимоверно гордые собой. Пока одевались, я поглядывал на Линка. Выражение его лица было странным, напряжённое, желваки ходят. Но странность эта легко объяснялась, если знаешь его историю. Уверен, в голове у него сейчас крутилась примерно такая мысль — Ну я же говорил, что снова стану риттером? Говорил же?
Легко взобравшись в брыку, мы покатили к небольшой часовенке. Почти такая же, как у Вирона, из тёсанных брёвен, с посеребрённым куполом и маленьким крестом на нём.
Внутри пахло деревом и озоном, из-за горящих магических шаров. У дальней стены — алтарь, на нём божок Номана в человеческий рост, пол мраморный, правда половина плит разломаны. Вероятно, часовенка эта не один раз была разрушена во время прорывов армии Тьмы. Они, скорее всего, плиты и ломали. Новые же возить сюда и далеко, да и незачем — всё равно ж снова разобьют во время следующего прорыва, вот и укладывали обратно старые.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
